Бишкек-Ташкент. По следам Шелкового пути, часть 4

Совместно со Светланой Гутько

Завершив свой “горный гештальт” в Кыргызстане, мы готовы были перейти к следующему пункту программы. Несмотря на то, что Кыргызстан граничит с Узбекистаном напрямую, дорога Бишкек-Ташкент сопряжена с двумя основными сложностями. Во-первых, чтобы попасть в Ферганскую долину, где расположен погранпереход, необходимо сперва пересечь Тянь-Шаньский хребет на маршрутке Бишкек-Ош, а это забава, как говорят, не для слабонервных. Во-вторых, эта долина — объект продолжительных распрей между тремя странами («-станами”) за присваивание этой территории себе. В 90-е, как говорят киргизы, когда Узбекистан имел виды на город Ош, все это вылилось в кровавое выяснение отношений, чего спустя годы никто не забыл и не простил. В общем, узбеки, киргизы и таджики друг друга недолюбливают, а погранпереход в Ферганской долине, по отзывам, — это лютый ад, через который ходить не рекомендуется никому, вообще. Потому был выбран более спокойный, хоть и объездной, вариант с незапланированным заездом в Казахстан: “Бишкек-Алматы-Шымкент-Ташкент”.

Читать дальше

Операция Латарже: личный опыт

В декабре прошлого года мне сделали операцию Латарже по исправлению привычного вывиха плеча. Хотя я знаю немало людей, могущих похвастать таким диагнозом, никто из них не решался собственно на операцию, так что кому-то личные впечатления могут быть интересны.

Суть проблемы

Вывих плеча — коварная травма. Руку обычно сразу же вправляют на место, кажется, что ничего серьезного не произошло, пострадавший продолжает жить полноценной жизнью и уже забывает о травме, но проходит месяц-два и в невинной бытовой ситуации вывих повторяется. Дальше все идет по накатанной. По разным данным частота рецидивов после первого вывиха плеча составляет до 80%, а после повторного — наверное все 95. В конце концов доходит до того плечо начинает выпадать во сне, в транспорте, просто при попытке поднять руку.

У меня ситуация была не настолько печальной. Три года назад я особо неудачно упал во время покатушек на сноуборде и заработал первый вывих. Плечо даже не пришлось вправлять, оно само встало на место через пару минут, а врачи сказали особо не переживать по этому поводу. Но за последующие два с половиной года травма давала о себе знать больше десяти раз: при падениях, нырянии в воду, на тренажерах, при подтягивании на перекладине, конечно же на сноуборде. Хотя нестерпимой боли не ощущалось, плечо разбалтывалось все больше, и в конце концов было принято решение оперироваться.

Сразу предупреждаю, что тут будет много дилетантского описания научных процессов, потому студентов-медиков попрошу сразу удалиться.

Суть операции Латарже

Когда суставная губа плечевого сустава отрывается от лопаточной кости и не прирастает, впоследствии плечо все время норовит выскочить в образовавшуюся дырку. Это и называется привычным вывихом. Существует две основных операции для таких случаев. Самая распространенная — операция Банкарта, при которой суставную губу при помощи специальных якорей фиксируют к кости. Такую процедуру выполняют артроскопическим способом, то есть через небольшие отверстия и не оставляя шрамов.

Однако рентген показал, что у меня случай чуть более серьезный. От многократных вывихов слегка раскрошился участок лопатки, обеспечивающий фиксацию плеча, и малой кровью обойтись уже было нельзя. Потому рекомендация врача — пересаживать часть клювовидного отростка лопатки вместе с прилегающей мышечной тканью бицепса к поврежденной поверхности, таким образом увеличив “посадочную” площадь. Это и есть операция Латарже. На ютубе есть масса роликов с процессом операции, например вот этот. Слабонервным — ни в коем случае не открывать.

Операция Латарже

Лучшее место в Минске, чтобы делать сложные ортопедические операции, — это РНПЦ травматологии и ортопедии на Кижеватова, а лучший врач для операций на плечах — это Александр Марксович Пипкин. Такое мнение, во всяком случае, высказал ряд авторитетных источников, и я им доверился.

Собственно, личный опыт

Из палаты меня увезли около полудня 4 декабря, сперва вкололи проводниковую анестезию в шею (на редкость неприятная штука, надо сказать), а затем и отправили под наркоз. Очнулся я часа через два-три уже в фиксирующей повязке. Проводниковая анестезия полностью парализует выбранную часть тела примерно на 6 часов, и это очень кстати, поскольку сразу после того, как тебе сначала разрезали все мышцы, а потом распилили кость и вкрутили титановые болты, может быть немного больно. К вечеру чувствительность вернулась, и вопреки интернетовских отзывам обошлось без мучительной боли.

Вообще, у меня получилась в целом образцово-показательная реабилитация. На следующий день после операции я поехал домой, первые несколько дней перед сном пил обезболивающие, а через неделю уже вышел на работу, хотя больничный мне в поликлинике охотно, если не сказать принудительно, продлевали еще полтора месяца.

Интернет в один голос утверждал, что начинать пассивные упражнения нужно едва ли не сразу после операции, но мой хирург безапелляционно приказал не снимать повязку месяц. Я его, конечно, послушал, но в душ через пару недель все же начал ходить без повязки.

Через месяц после операции я получил разрешение больше не носить повязку и начал постепенно разрабатывать плечо. В первые дни невозможно было поднять или отвести руку от туловища в принципе, даже при помощи второй руки или гравитации, но за две недели объем движений вернулся процентов на 70. Поначалу при многих движениях плечо скрипело как старая телега, но постепенно все нормализовалось. Через два месяца после операции я начал делать базовые упражнения с гантелями, а через три — пошел в тренажерный зал.

С момента операции прошло три с половиной месяца. По словам хирурга, на полное восстановление уйдет месяцев 6-7, и при резких движениях я все же ощущаю некоторый дискомфорт, но в остальном пожаловаться особо не на что. Я осторожно жму штангу, катаюсь на велосипеде, играю в боулинг и в целом особо ни в чем себе не отказываю, о перенесенном напоминает разве что 10-сантиметровый шрам на плече. Объем движений восстановился на добрых 90 процентов, мышцы быстро наросли обратно и с каждым днем я чувствую себя все увереннее.

Операцию Латарже делают в том числе профессиональным спортсменам, большинство из которых после этого возвращается к прежним показателям. Рецидивы после такой операции встречаются редко (по разным источникам от 1 до 5 процентов случаев), так что если вы боитесь хирургического вмешательства в этом вопросе — лучше не затягивайте. Худшее, что может случиться, — это повторный вывих, да и то маловероятно, а отказ от операции может привести, скажем, к артрозу вследствие истирания плечевой кости во время вывихов.

Потому — дерзайте. Это не так страшно.

Джеты-Огуз и киргизский автостоп. По следам Шелкового пути, часть 3

Совместно со Светланой Гутько

Каракол, куда мы держали путь, — это горнолыжный курорт и удобная точка для начала пеших походов в горы. Но это в высокий сезон, а сейчас это обычный сельский поселок. Дорог, считай, нет, немногочисленные маршрутки с неведомыми остановками без имени и расписаний рассекают, поднимая пылюку. «Центрально расположенный» гестхаус, в котором интернет посоветовал нам остановиться, представлял собой обычный частный дом в недрах бесконечных деревенского типа застроек, погружающихся в неуютную непроглядную тьму после захода солнца. Город напоминает скорее среднего пошиба ПГТ без достопримечательностей, нежели туристический центр, а в центральном парке и вовсе пасут коров и овец. Так же, как и в соседней деревне Джеты-Огуз или (с киргизского «Скалы семи быков»), куда мы двинули наутро. Но всё это меркнет при виде могучего Тянь Шаня на горизонте. Попытки достичь пункта назначения старым добрым автостопом со скрипом, но все же увенчались успехом. Здесь останавливается в худшем случае каждая вторая машина, и киргизы готовы везти путника куда угодно, неважно, что им это не по пути, но любой фермер на разваленном жигуле вкрутит за извоз ценник среднего городского такси. «Дорогой бензин», — жалуются они. В конце концов нас подобрал местный лесник, направлявшийся к ущелью на работу, с шутками-прибаутками провез нас километров 10 и в конце все равно запросил 300 сом (порядка 5 долларов). Дорогой бензин же! Читать дальше

Киев-Бишкек. По следам Шелкового пути, часть 2

Совместно со Светланой Гутько

Украина всегда ассоциировалась с теплом и легко доступными приключениями. С быстрыми попутками, нагретой солнцем щербатой брусчаткой Львова, с витиеватыми просторными солнечными улицами Киева. Теперь, когда все это осталось в прошлом, трудно было ожидать чего-то такого же родного и гостеприимного. Рисовались картины закопченного дымом Крещатика, злобных патрулей добровольцев, перегороженных улиц. Не трудно догадаться, у кого из нас двоих они рисовались.

Тем не менее, уже в пути выяснилось, что с недавних пор поезд Минск-Киев после пересечения белорусско-украинской границы до самого Киева идет без остановок. Причина проста: в Украине начали грабить пассажирские поезда. К счастью, и этого, и вымогательства со стороны украинских пограничников (о которых нас поспешили проинформировать завсегдатаи маршрута) нам удалось избежать.

И вот мы в Киеве. Вопреки ожиданиям почти сразу стало ясно, что вид хаоса, разрушений, спонтанных стычек и беспорядков был лишь плодом нашего воображения, вскормленного масс-медиа. В этот вполне обычный четверг люди все так же ходят по делам, транспорт все так же ездит по своим маршрутам, в забегаловке «Оливье» подают отличные борщ и омлет. Мерчендайзеры также бодро всучивают зевакам флаеры. Крещатик деловито жужжит.

Читать дальше

Собираемся в дорогу. По следам Шелкового пути, часть 1

Совместно со Светланой Гутько

Дорога — это не только метры асфальта и пыли, сложенные в километры, не только закоулки незнакомых улиц, новые виды, ракурсы и вкусы. Это также и люди. Причем, далеко не в последнюю очередь.

Каких только людей не встретишь в путешествиях. Людей с удивительными судьбами и опытом путешествий, зачастую превосходящим твой собственный. Их опыт удивляет, смешит, будоражит и даже вдохновляет нас самих на новые странствия.

Именно так и произошло прохладным январским днем в одном из бесчисленных спальных районов Стамбула, когда наш новый знакомый по имени Сердар травил байки о своих многочисленных путешествиях. В разговоре о самой гостеприимной стране мы имели внушительный козырь — Грузия. Но Сердар утверждал, что все это и даже более можно найти в Иране. Иран, мы не ослышались? Эта загадочная ближневосточная страна, которая у большинства ассоциируется с антиамериканизмом, шариатом и ядерным оружием? Тот самый? В общем, вы понимаете, звучит как вызов — выбора не было, пришлось ехать проверять самим.

Потом, как это обычно бывает, к одной опорной точке добавляется вторая, все это обрастает новыми и новыми интересными подробностями. И в результате долгих дискуссий, наконец, складывается в солидный маршрут, положенный в основу повествования: Кыргызстан-Узбекистан-Туркменистан-Иран. Один из самых характерных отрезков Великого Шелкового пути.

Читать дальше

Острова. Эпилог. Дикарем по Азии, день 17-23

 24—30 марта 2014 года

Утром 17-го дня мы с опережением графика прибыли в городок Краби на юге Таиланда, чтобы оттуда устроить себе небольшую экспедицию по близлежащим островам и отдохнуть наконец по-человечески.

«Что-о-о? 400 батов с человека за маршрутку до Ланты?! — шумно возмущался я на вокзале. — Да я платил 250 два года назад, и это было дорого!»

Почувствовав, что нас пытаются развести, мы вышли навстречу утреннему южному солнцу и зашагали по дороге в направлении острова. Спустя минут 10 рядом с нами остановилась раздолбанная машина, и мусульманин средних лет решил по-быстрому подзаработать извозом: узнал нашу цель, попросил 700 батов с двоих, мы сбили до 500 и покатили на Ланту.

Попутка, паром, еще попутка, еще один паром — и мы на острове Koh Lanta Yai, на котором я волею судеб оказался во время своего предыдущего путешествия по Таиланду. Знакомыми тропками мы продвигались по единственной дороге, опоясывающей остров, и без проблем нашли жилье в комплексе с живописным названием Pearl Beach Resort. В меру уютное бунгало с удобствами в ста метрах от моря обошлось нам в 600 батов (около 19 долларов) за сутки, что по здешним меркам немало, но за эти деньги мы оказались в раю.

Читать дальше

Чианг Май — Бангкок. Дикарем по Азии, день 14-16

21—23 марта 2014 года

С предыдущего поста про Азию прошло многовато времени, согласен. А дело все в том, что приключения, по большому счету, закончились. Таиланд оказался настолько цивилизованной страной, что трэш и угар здесь случаются разве что в голливудских фильмах. Но историю как-то нужно закончить, потому — держите.

Таиланд — безусловно самая туристическая страна из всего юго-восточного региона, и это не случайно. Природа здесь уступает вьетнамской, а по аутентике страна не сравнится с Лаосом, но по уровню развития королевство на три головы выше ближайших соседей.

Гестхаус в центре Чианг Мая, в который мы случайным образом заселились, был исключительно пристойным заведением. Стены и полы обшиты тиковыми досками, из-за чего тетушка-хозяйка просит снимать обувь на улице, что мы и сделали. А вернувшись, обнаружили, что шлепанцы уже обильно пометили неуклюжие собачки-тумбочки, живущие здесь же у хозяйки. Впредь обувь ставили на специальную полочку. 250 батов (8 долларов) за комнату на двоих.

Чианг Май называют «северной столицей Таиланда» и «Розой севера», и воображение рисует удивительную архитектуру, утопающую в зелени, в окружении живописных гор, рек и джунглей. Это старинный город, основанный аж в 13 веке (что для ЮВА понятие не такое распространенное), и чиангмайские пагоды, главным образом Ват Прахат Дой Сутхеп, известны на весь мир. Посмотрим, как все это выглядит на самом деле. Интересной особенностью города является такая чисто европейская фишка, как старый центр, обнесенный стеной, которая здесь образует практически идеальный квадрат. Однако, в отличие от Европы, центр здесь понятие весьма условное. Ни визуально, ни функционально различий никаких: и внутри городских стен, и за их пределами путешественник наблюдает все ту же однообразную малоэтажную застройку, где глазу ровным счетом не за что зацепиться — даже фотки не хотелось особо делать. Вышеупомянутая пагода размещена километрах в 15-ти от города, а те, что помельче, уже воспринимались как нечто совершенно обыденное.

Читать дальше

Минск-Вильнюс на велосипеде

Приехать в другую страну на велосипеде — слишком заманчивая идея, чтобы ее упускать. На минувших выходных было решено эту идею осуществить.

Расстояние до Вильнюса, ближайшей к Минску европейской столицы, составляет чуть больше 170 километров, и при большом желании его можно преодолеть на двухколесном друге от начала до конца, но наше желание оказалось не настолько велико, и мы решили часть пути проделать на железнодорожном транспорте. До Гудогая, ближайшего к литовской границе населенного пункта, можно добраться массой способов, большинство из которых подразумевает стыковку в Молодечно и медленные пригородные электрички. Самый удобный способ — это дизель 7033 Минск—Гудогай, ежедневно отправляющийся с пассажирского вокзала в 6:10 утра и прибывающий на конечную станцию в 9:08.

Проезд на дизеле с велосипедом стоит в два раза дороже, чем без него, и обойдется примерно в 36 000 рублей, что совсем копейки (прямой поезд Минск — Вильнюс стоит около двухсот). В интернетах можно встретить сведения о том, что в пограничной зоне (к которой относится Гудогай) из поезда могут просто не выпустить без уплаты специальной пошлины, но похоже, что сведения устарели. Заверив пограничников, что мы направляемся на велосипедах в Вильнюс, мы без проблем выгрузились на землю и продолжили путь.

Читать дальше

На лодке по Меконгу. Дикарем по Азии, день 13

20 марта 2014 года

В Лаосе есть три основных способа передвижения: по земле, по воздуху и по воде. Первый медленный и выматывающий, второй дорогой и, по правде, скучный — вот люди и прибегают к ненадежным, но таким экзотичным лодкам. Речной транспорт в Лаосе возит грузы и пассажиров между основными населенными пунктами страны по Меконгу и его притокам и подразделяется на два основных вида, называющиеся в народе просто slow boat и speedboat.

Slow boat — это крупный катер человек так на 30-50 с автомобильными креслами в качестве сидений, с крышей и мини-баром, медленно плывущий к пункту назначения. Пользуется популярностью среди туристов, поскольку дает возможность во всех подробностях рассмотреть лаосские красоты и местную прибрежную жизнь.

Speedboat, он же long-tail boat, — маленькая и шустрая моторка без каких-либо удобств. В интернете много пишут о том, как это некомфортно и опасно, как лодка может сломаться или вовсе утонуть и как это вообще не рекомендуется. Потому мы, естественно, выбрали именно этот вариант. Тем более что на нетуристический Лаос мы за предыдущие дни насмотрелись вдоволь и тратить два дня на дорогу до Таиланда не очень хотелось. Wikitravel пишет о том, что из-за негативного воздействия на окружающую среду скоростные лодки уже успели запретить, но, как уже отмечалось ранее, лаосцы совершенно по поводу экологии не парятся, так что информация не подтвердилась: при наличии спроса лодки гоняют каждый день.

С утра пораньше мы примчались на сонгтео на пирс Луанг-Прабанга, где уже скучало несколько десятков европейцев.

Читать дальше

На Луанг-Прабанг. Дикарем по Азии, день 11-12

18-19 марта 2014 года

На этапе планирования путешествия у нас было всего три опорных пункта. Это Гонконг с его небоскребами как отправная точка, это юг Таиланда, где можно было бы наконец расслабиться после долгого пути, и это Луанг-Прабанг (он же Луангпхабанг) — затерянная в горах древняя столица Лаоса, притягивающая настойчивых путешественников со всего мира.

Рано утром мы выселились из гестхауса и повторно взобрались на гору, на которой располагалась автостанция Самныи. До Луанг-Прабанга оставалось порядка 450 километров — ну сколько может занять такая дорога? С этим вопросом я обратился к кассиру на станции. Мужчина вопроса не понял. «How long. To Luang Prabang. 10 hours? 12 hours?» — на пальцах пытался я изложить свою мысль. Ответ кассира был примерно таким: «Где-то так, но я ни разу не ездил, потому точно не знаю».

В расписаниях лаосского междугородного транспорта время прибытия отсутствует вовсе, а время отправления значится приблизительное: пока салон не заполнился под завязку, автобус не тронется. Пока пол не устелют мешки с рисом, пока дедушки не уложат своих кур в клетках под кресла, пока каждое сиденье, включая откидывающееся в проход (как во Вьетнаме), не будет занято лаосцем, пока монахи в оранжевых рясах, вечно куда-то путешествующие (КУДА?), не усядутся на задние сиденья, пока на крыше автобуса не образуется внушительная гора из сумок, мешков и рюкзаков — автобус с места не тронется.

Автобус представляет собой обыкновенную маршрутку, изнутри практически не отличающуюся от наших местных, и перспектива провести в таком агрегате ближайшие n часов радовала не особо, но выбора не было. Из провизии у нас была торба питайи и лонганов, водитель раздал кажому по полиэтиленовому пакетику — как мы думали, для мусора — и с сорокаминутным опозданием наш Isuzu вырулил на горную дорогу.

Сразу о хорошем: мы проезжали в удивительно красивых местах. Фотографировать не было настроения, но увидеть с вершины горы многокилометровую долину, до краев наполненную туманом, над кромкой которой поднимается тропическое солнце — это дорогого стоит.

На этом хорошее заканчивается.

Автобус шел 17 часов. СЕМНАДЦАТЬ. В Лаосе не принято спешить. Вообще. В каждой второй деревне автобус останавливался, потому что у кого-то из пассажиров здесь живет родственник, с которым нужно выйти пообщаться или вручить передачу. В это время все сидят, ждут, никто не жалуется и не возмущается — куда спешить? В первые же полчаса мы поняли, что пакеты, выданные водителем, — вовсе не для мусора. Даже на мизерной скорости в 30-40 км/ч лаосцев безнадежно укачивает, и они принимаются безудержно блевать. Пакеты с отходами жизнедеятельности отправляются прямиком в открытое окно, когда пакеты заканчиваются — лишние берутся у соседа. Когда заканчиваются у соседа — блевать начинают непосредственно в окно. Весь равномерно образующийся мусор — бутылки, обертки, салфетки — все тоже отправлялось в окошко. В пути к нам постепенно подсаживались новые и новые пассажиры, и в конце концов на 30 уместившихся в маршрутку человек пришлось 6 мамаш с грудными детьми, которые всю дорогу орали, не умолкая ни на минуту, пускали слюни, пинались, блевали, конечно же. Никогда не видел такого упорства! Угля добавляла убийственно однообразная музыка, которая непрерывно играла в машине — включите, например, вот это на повтор и проверьте, на сколько вас хватит. Мы так ехали 17 часов. На улице окончательно распогодилось, и воздух быстро прогрелся градусов так до 35-ти. Открытое окно не помогало: в лицо просто дул горячий ветер — будто фен приставили. Поспать тоже не получалось, поскольку каждый поворот на горной дороге отмечается головой спящего о стекло или соседа. Весело, в общем.

Читать дальше