21—23 марта 2014 года

С предыдущего поста про Азию прошло многовато времени, согласен. А дело все в том, что приключения, по большому счету, закончились. Таиланд оказался настолько цивилизованной страной, что трэш и угар здесь случаются разве что в голливудских фильмах. Но историю как-то нужно закончить, потому — держите.

Таиланд — безусловно самая туристическая страна из всего юго-восточного региона, и это не случайно. Природа здесь уступает вьетнамской, а по аутентике страна не сравнится с Лаосом, но по уровню развития королевство на три головы выше ближайших соседей.

Гестхаус в центре Чианг Мая, в который мы случайным образом заселились, был исключительно пристойным заведением. Стены и полы обшиты тиковыми досками, из-за чего тетушка-хозяйка просит снимать обувь на улице, что мы и сделали. А вернувшись, обнаружили, что шлепанцы уже обильно пометили неуклюжие собачки-тумбочки, живущие здесь же у хозяйки. Впредь обувь ставили на специальную полочку. 250 батов (8 долларов) за комнату на двоих.

Чианг Май называют “северной столицей Таиланда” и “Розой севера”, и воображение рисует удивительную архитектуру, утопающую в зелени, в окружении живописных гор, рек и джунглей. Это старинный город, основанный аж в 13 веке (что для ЮВА понятие не такое распространенное), и чиангмайские пагоды, главным образом Ват Прахат Дой Сутхеп, известны на весь мир. Посмотрим, как все это выглядит на самом деле. Интересной особенностью города является такая чисто европейская фишка, как старый центр, обнесенный стеной, которая здесь образует практически идеальный квадрат. Однако, в отличие от Европы, центр здесь понятие весьма условное. Ни визуально, ни функционально различий никаких: и внутри городских стен, и за их пределами путешественник наблюдает все ту же однообразную малоэтажную застройку, где глазу ровным счетом не за что зацепиться — даже фотки не хотелось особо делать. Вышеупомянутая пагода размещена километрах в 15-ти от города, а те, что помельче, уже воспринимались как нечто совершенно обыденное.

Несмотря на свой “столичный” статус, Чианг Май на удивление спокоен, тих и до неприличия дешев. Последняя особенность и привлекает сюда тысячи западных туристов, главным образом американцев и австралийцев, которые каждую ночь устраивают в городских барах патихард до утра. Потому наша утренняя прогулка по городу проходила в основном в обществе непьющих японцев с фотоаппаратами да просыпающихся тайцев из сферы обслуживания. Дни здесь невыносимо жаркие, потому сиеста неизбежна, а вечер открывает главную достопримечательность Чианг Мая: вечерний рынок. Такой неотъемлемый элемент любого азиатского города здесь выполнен с рекордным размахом, и под разнообразные туристические плюшки отведено сразу несколько улиц и внушительных размеров площадь. Рынок и правда огромный: халяльный квартал, палатки, переходящие в стационарные торговые центры, бесконечные тематические ресторанчики, развлечения вроде оздоровительных ванн с рыбками garra rufa и кто знает, чего еще — осмотреть все от и до просто не хватило времени.

Вывод напрашивается весьма печальный: помимо рынка в самом Чианг Мае нет ни-че-го. Ни атмосферы, ни архитектуры, ни развлечений. Европейцы, которые едут сюда сплошным потоком, используют город главным образом как перевалочный пункт, выезжая погулять по джунглям, покататься на слонах, полетать на зиплайне, заняться рафтингом и тьюбингом, ну и на экскурсии по окрестным деревням и храмам. Этакий центр северного экотуризма.

А мы уехали в Бангкок.

Я никогда не думал, что вернусь сюда так скоро. Прошло всего два с небольшим года, и этот город узнается с первого вздоха. Густой и тяжелый воздух, наполненный смесью преимущественно не самых приятных ароматов, заполняет легкие, мы выходим из автовокзала и на городском автобусе едем в центр. Автобус долго петляет по грязным улицам, то и дело упираясь в бесконечные пробки и давая возможность немного поглазеть по сторонам.

Только мы добираемся до хостела, как заряжает непроницаемый тропический ливень — первый и последний дождь за все путешествие. Льет так, что на крытой террасе у хостела невозможно расслышать, что говорит собеседник, но так же резко прекращается через полчаса. Ну а мы выбираемся на улицы города, ловим первый попавшийся розовый кэб, едем в больничку за очередной порцией вакцины от бешенства, там встречаем моего старого приятеля Алексея Дуброва и отправляемся гулять по Бангкоку.

За два года тут мало что поменялось. Брутальный и капризный одновременно, Бангкок проверяет на прочность все пять органов чувств. Трущобы сменяются небоскребами, по улицам ходят бэкпэкеры и бизнесмены, монахи и трансвеститы, прямо на тротуарах полуденным снам предается местный рабочий класс, здесь ни на секунду не смолкает шум тысяч машин и гул сотен клаксонов, местная еда отправит в нокаут матерого любителя остренького, а влажный и горячий воздух с запахом гниющего мусора, выхлопных газов и уличных лакомств чувствуешь кожей.

Что поменялось, так это политическая обстановка. Если от зимнего майдана в деловом центре не осталось ровным счетом ничего, то около местного Democracy Monument выросли настоящие баррикады, а проспект перед ними пришел в запустение. Сейчас, конечно, все снова иначе, но на тот момент артефакты смутного времени воспринимались уже как неотъемлемая часть городской среды: вокруг огражденных колючей лентой государственных зданий гуляют мамаши с детьми, мороженщики зазывают покупателей, а рядом стоят военные с автоматами. Странная, в общем, картина.

Вечер не обошелся без посещения знаменитой Khao San Road, центра тусовочной жизни Бангкока. В канун очередных выборов в очередное правительство по всей стране запретили продажу спиртного, но это не мешало ушлым торгашам продавать пиво и чего покрепче из-под полы, так что улица была неизменно очаровательна.

Бангкок, видимо, всегда будет для меня идеальным азиатским мегаполисом. Непробиваемые бетонные джунгли, в каждой черте которых просматривается азиатская ментальность: миролюбие, беззаботность, умение жить сегодняшним днем, забота о том, что здесь и сейчас, а не где-то там через двадцать лет — все это делает город таким, какой он есть. Плохо приспособленный для жизни, грязный, жаркий, запруженный автомобилями, дорогой по азиатским меркам, но со своим неповторимым лицом, которое не встретишь ни в социалистическом Ханое, ни в ультрасовременном Гонконге, ни, видимо, где-либо еще — разве что загадочный Янгон манит своей пост-изоляционной непосредственностью.

Пробыв в Бангкоке полтора дня, мы отправились на юг страны, в финальную точку путешествия.

Comments

comments

Tagged on:

Leave a Reply