Совместно со Светланой Гутько

Завершив свой “горный гештальт” в Кыргызстане, мы готовы были перейти к следующему пункту программы. Несмотря на то, что Кыргызстан граничит с Узбекистаном напрямую, дорога Бишкек-Ташкент сопряжена с двумя основными сложностями. Во-первых, чтобы попасть в Ферганскую долину, где расположен погранпереход, необходимо сперва пересечь Тянь-Шаньский хребет на маршрутке Бишкек-Ош, а это забава, как говорят, не для слабонервных. Во-вторых, эта долина — объект продолжительных распрей между тремя странами (“-станами”) за присваивание этой территории себе. В 90-е, как говорят киргизы, когда Узбекистан имел виды на город Ош, все это вылилось в кровавое выяснение отношений, чего спустя годы никто не забыл и не простил. В общем, узбеки, киргизы и таджики друг друга недолюбливают, а погранпереход в Ферганской долине, по отзывам, — это лютый ад, через который ходить не рекомендуется никому, вообще. Потому был выбран более спокойный, хоть и объездной, вариант с незапланированным заездом в Казахстан: “Бишкек-Алматы-Шымкент-Ташкент”.

Уехать из Бишкека в Алматы совершенно не проблема – маршрутки регулярно отправляются с бишкекского автовокзала. Да и при пересечении границы всякие страшилки о скрупулёзных досмотрах казахских пограничников не оправдались: ребята покосились на наши иранские визы, задали пару вопросов и отпустили с миром. Сам переход, впрочем, трэшовый на редкость. “Нейтральный” коридор длиной в несколько сот метров плотно облюбован торгашами с огромными сумками, нелегальными рабочими и прочими мутными личностями, которые, кажется, сидят тут неделями.

Но настоящий Казахстан начался не после границы, а после пересечения горного перевала: пейзаж за окном представлял собой двуцветье украинского флага: степь до горизонта с пасущимися лошадьми да синее небо. После Кыргызстана навевало некоторое уныние, благо, долго созерцать его и не пришлось. Маршрутка прикатила в Алматы, который по первому впечатлению оказался эдакой “среднеазиатской Москвой”: огромным загазованным городом с бесконечными пригородами и неприветливыми лицами. И как-то не за что зацепиться: метро новое, но почти все немногочисленные станции пусты, “Казахский Арбат” — улица Жибек-Жолы, — безлюдная, тускло освещенная пешеходка. Душу этого города нам поймать за этот вечер не удалось, но осталось чувство, что она где-то есть, вот прячется под ветхой штукатуркой старого дома или уходит арыком на боковую улочку. Осталось придумать повод туда вернуться.

На алматинском вокзале нас ждал ночной поезд, испанский Talgo повышенной комфортности с душем и туалетом в каждом купе. Мы сэкономили и поехали сидячим вагоном, который тоже оказался вполне пристойным, пускай уже и слегка потрепанным.

На следующий день мы, не без помощи такси, попуток и маршруток, преодолели путь Шымкент-Ташкент, в том числе и печально известную узбекскую границу, с которой и началось наше знакомство с новой страной.

Во-первых, пропускная способность и хаотичное передвижение тел на погранпереходе перманентно напоминают скотобойню, вмещающую явно в несколько раз больше народа, чем предусмотрено. Крики, толкотня тяжёлыми сумками, все носятся с документами, у кого-то из покрывала выпадает телевизор, где-то ревут дети. И в этом хаосе нужно заполнить две копии миграционной карты, причем заполнить одинаково. Одну забирает пограничник, вторую проштамповывает и отдает вам, чтобы вы потом предъявили ее, покидая страну.

Во-вторых, если в практически любой другой стране декларированию подлежат, в основном, коммерческие партии товаров и особо крупные суммы наличности, то при пересечении узбекской границы декларируется ВСЁ: от любых денег в любой валюте до техники, драгоценностей и личных вещей.

И да поможет вам бог, если в двух миграционных картах у вас что-то не совпадет. Или, чего доброго, вы попытаетесь вывезти потом из страны хоть на доллар больше, чем ввезли. А если потеряли вторую заполненную миграционку при выезде из страны… ну, посыл вы поняли, ребята.

И вот мы в Тошкенте. И это совсем не описка, а название города по-узбекски. Ходить-бродить с ветром в карманах быстро наскучило, и мы (поскольку банкоматы тут отсуствуют как класс) пошли искать обменник. Из первого же места нас, встретив с широко закрытыми дверьми, отправили вон, добавив для пущего дружелюбия “вы-что-не-видите-у-нас-обед”. И, как объяснил вовремя прибывший на место событий Алексей Парахневич, – только к лучшему. Дело в том, что в Узбекистане курс у менял и в обменниках различается в полтора-два раза, не в пользу последних, конечно. Потому что Узбекистан, не забываем.
Таки-обменяли по выгодному курсу 50 долларов и получили в свое распоряжение вот такую стопку денег:

И тут еще один повод сказать “Потому что Узбекистан”. Самая крупная купюра в стране — 1000 сом, это примерно 0,30 доллара США. Рационального объяснения этому не существует. Равно как и тому факту, что купюра в 5000 сом существует, но в обращении встречается крайне редко. Как результат — практически в каждом заведении стоит счетная машинка, а любой продавец или официант с ловкостью, которой позавидует картежник-виртуоз, пересчитывает пачки бумажек. Зато вопрос со сдачей в этой стране снимается по определению.

Бывалые узбековеды, съевшие на этом собаку плов, в один голос заверили нас, что в Ташкенте делать особо нечего, и мы, не долго думая, решили взять билеты на ночной поезд до Бухары, а остаток дня пошататься по городу в новой компании.

Узбекистан — это полицейское государство в классическом, прямо-таки хрестоматийном смысле этих слов. При входу и выходе из подземных переходах, коих здесь великое множество, часто дежурят сотрудники милиции, а при входе в метро у вас обязательно проверят документы и чуть ли не наизнанку вывернут сумки и карманы. Походный рюкзак или дамская косметичка, час-пик или час ночи – исключений не делают ни для кого, а если вы иностранец, у вас проверят еще и регистрацию. Это еще один феерический пережиток советских времен, на котором стоит остановиться отдельно.
Прибыв в Узбекистан, вы обязаны на четвертые сутки (можно не делать этого, если планируете быть не более трех суток) зарегистрироваться в местном МВД и, при отсутствии постоянной регистрации, подавать данные о своем месте проживания в каждый последующий день. К счастью, большинство отелей готовы взять эту ношу на себя, избавляя вас от похода в милицию. Но каучсерфинг, таким образом, существенно затрудняется, а палаточный туризм отпадает вовсе. И молитесь всем, кого только вспомните, если, покидая страну, вы вывалите ворох квиточков с регистрациями, среди которых пограничник не найдет сведений хотя бы об одной ночи. Потому что Узбекистан.

Далее, чтобы попасть на вокзал, огороженный железным забором, надо пройти милицейский пост, предъявив паспорт и билет. Что затруднительно – если ты, собсно, только идёшь покупать этот билет. При входе в вокзал вас проведут через металлоискатель и снова проверят документы. А потом через метров 5 тетенька за стойкой снова проверит ваш паспорт и поставит на билете печать. Ну и при входе в вагон, конечно, еще раз.

И, как окончательное подкрепление бессмысленности и беспощадности этого тотального контроля, большинство рекламных мест заклеены плакатом с одной-единственной фразой: “Бдительность — требование времени!”. Штаа?!

Но что это мы всё ругаем да критикуем. Конечно, есть в такой концентрации милиции положительный эффект (хотя и всего лишь один): в Узбекистане спокойно и безопасно; бояться здесь нужно только закона, беспощадного и неотвратимого. Не шутите с милицией и не шутите о режиме Ислама Каримова, смиренно соблюдайте зачастую абсурдные законы — и вы прекрасно проведете время в этой стране.

На самом деле, в Ташкенте, пускай и не очень живописно, но тепло и уютно, и можно даже в конце октября ходить в майке. Вкусная еда (ожидаемо, но от того не менее приятно), хоть и непривычно жирная, и цены на все копеечные. Мы приехали осенью, и на рынках страны в этот сезон особенное раздолье, когда нельзя просто так взять и не купить каракалпакскую дыню и свежего винограда. Узбеки с удовольствием торгуются, всячески заманивают доверчивого путешественника в свои путы, но вовсе не обижаются, если им отказываешь. Если продавец распечатывает красивую коробку с арахисовой халвой, только чтобы дать попробовать, это еще не значит, что вы обязаны у него купить. Здесь это — часть игры, и они оценят, если им подыграют. Но можно и купить, на самом деле, ведь всё, по большей части, действительно очень дешево и очень вкусно.

Народ живет бедно (да, и тут тоже), и один из популярнейших способов заработка в Узбекистане — это стать таксистом. В результате Ташкент — один из самых удобных для навигации городов в мире: стоит выйти к проезжей части и поднять руку, в течение 5-10 секунд обязательно остановится “бомбила” и недорого подвезет в любую точку города, или даже страны.

Нельзя не отметить симпатичность старых станций ташкентсткого метро, о чем говорится не в одном туристическом обзоре. Ну а так, столица выглядит сегодня очень по-советски. Монументальные и не очень серые здания обрамляют залитые солнцем широченные улицы. К сожалению, основные достопримечательности были разрушены землетрясением 1966 года, а оставшиеся — советской властью, и выстоявшие памятники архитектуры точечно разбросаны по городу. Они могут приглянуться интересующимся историей ислама, но нас зацепить не сумели.

Тем более, что под боком есть куда как более примечательная Бухара. Куда мы и отправились на следующий день.

Comments

comments

One thought on “Бишкек-Ташкент. По следам Шелкового пути, часть 4

Comments are closed.